Стихи Саши Чёрного и стихотворения других русских поэтов классиков.
Поэт Саша Чёрный: читаем стихи написанные в эмиграции (1920-1932)

 .
на главную
 
 содержание:
 
русская печаль
  
эмигрантский уезд
  
эмигрантская песня
 
день воскресный
  
хохлушка
  
закат Европы
  
парижские частушки
  
эмигрантская полька
  
сказка о золотой рыбке
  
первая ласточка

 
 
Саша Чёрный лучшее 10
 
Саша Чёрный лучшее 20
 
Саша Чёрный лучшее 30

Саша Чёрный лучшее 40
 
Саша Чёрный лучшее 50

Саша Чёрный лучшее 60
 
Саша Чёрный лучшее 70

Саша Чёрный лучшее 80
 
Саша Чёрный лучшее 90
 
Саша Чёрный лучшее 99
 
все стихи Саши Чёрного
:
 
стихотворения  1
   
стихотворения  2
   
стихотворения  3
   
стихотворения  4
   
стихотворения  5
 
стихотворения  6
 
стихотворения  7
   
стихи для детей
 
дневник фокса микки
 
стихи Олейникова юмор
 
стихотворения
известных поэтов:

поэты про любовь 1
поэты про любовь 2
поэты про любовь 3
зарубежная лирика


Саша Чёрный: стихи из эмиграции: Русская печаль в стихах

           эмигрантские стихи

       РУССКАЯ ПЕЧАЛЬ

"Тургеневские девушки в могиле…"

Тургеневские девушки в могиле,
Ромео и Джульетта - сладкий бред…
Легенды и подкрашенные были,-
Что нам скрывать - давно простыл их след!

Мир фактов лют: в коннозаводстве красном
Аборты, сифилис, разгул и детский блуд,
Статистикой подсчитаны бесстрастной,
Давно вошли в марксистский их уют…

С их хлевом не сравним мы заграницу:
Вуаль здесь гуще, сдержаннее жест -
А впрочем, друг, переверни страницу
И посмотри внимательно окрест…
  
И. А. Бунину

На виселицы срублены березы.
Слепой ордой затоптаны поля -
И только в книгах пламенные розы,
И только в книгах - русская земля!

Поэт-художник! Странная Жар-Птица
Из той страны, где только вой да пни…
Оазис ваш, где все родное снится,
Укроет многих в эти злые дни.

Спасибо вам за строгие напевы,
За гордое служенье красоте…
В тисках растущего, безвыходного гнева,
Как холодно теперь на высоте!

Шагать по комнате, к окну склоняться молча,
Смотреть на мертвые, пустые облака…
Не раз, не раз, гася приливы желчи,
Дрожала ваша скорбная рука…

Когда падет тупое царство низких,-
Для всех оставшихся - разбитых и больных -
Вы будете одним из самых близких,
Одним из самых близких и родных…

Скорбная годовщина

Толстой! Это слово сегодня так странно звучит.
Апостол Добра, пламеневшее жалостью слово…
На наших погостах средь многих затоптанных плит,
Как свежая рана, зияет могила Толстого.

Томясь и страдая, он звал нас в Грядущую Новь,
Слова отреченья и правды сияли над каждым -
Увы! Закрывая лицо, отлетела от мира Любовь
И темная месть отравила томление жажды…

Толстой! Это слово сегодня так горько звучит.
Он истину больше любил, чем себя и Россию…
Но ложь все надменней грохочет в украденный щит
И люди встречают "Осанной" ее, как Мессию.

Что Истина? Трепетный факел свободной души,
Исканья тоскующим сердцем пути для незрячих…
В пустые поля он бежал в предрассветной тиши,
И ветер развеял всю горечь призывов горячих.

Толстой! Это имя сегодня так гордо звучит.
Как имя Платона, как светлое имя Сократа -
Для всех на земле - итальянец он, немец иль бритт -
Прекрасное имя Толстого желанно и свято.

И если сегодня у мирных чужих очагов
Все русское стало как символ звериного быта,-
У родины духа, - бескрайняя ширь берегов
И Муза Толстого вовеки не будет забыта…

Толстой! Это имя сегодня так свято звучит.
Усталость над миром раскинула саван суровый…
Нет в мире иного пути: Любовь победит!
И Истина встанет из гроба и сбросит оковы.

Как путники в бурю, на темном чужом корабле
Плывем мы в тумане… Ни вести, ни зова…
Сегодня мы все на далекой, родимой земле -
У тихой могилы Толстого…

Памяти А. Блока

В аду томился серафим.
Кровавый свод висел над ним…
Чтоб боль отчаянья унять,
Он ад пытался оправдать.

Но странно: темная хвала
Кипела гневом, как хула…
Он смолк. На сломанном крыле
Дрожали тени в дымной мгле.

У врат - безжалостный дракон.
Мечта - распята, воля - сон…
Неспетых песен скорбный рой
Поник над арфою немой.

Уснул… На кроткое чело
Сиянье светлое легло.
Все громче плач, все злей разгул…

                                         Уснул…

Е. А. Полевицкой

Так долог путь: ни вехи, ни приюта…
Ушли в века дни русского уюта,
Бессмысленно ревет, смывая жизнь, гроза.
И вновь к былому тянутся глаза.

В чужом театре - остров русской речи.
Недвижно замерли склонившиеся плечи.
И над рядами реет грустный сон
О русской девушке тургеневских времен.

Она - предчувствие позорной нашей были…
Не ей ли там сквозь сердце меч пронзили?
И не она ли - мать, жена, сестра -
Горит-трепещет в красной мгле костра?

Благословен Ваш нежный образ Лизы!
Ее души волнующие ризы
Коснулись нас в час ночи грозовой
Надеждою нетленной и живой.

Галоши счастья
Посвящается тем, кто мечтает о советской визе

Перед гаснущим камином щуря сонные глаза,
Я смотрел, как алый уголь покрывала бирюза.
Вдруг нежданной светлой гостьей, между шкафом и стеной,
Андерсеновская фея закачалась предо мной.
Усадил ее я в кресло, пледом ноги ей покрыл,
Дождевик ее росистый на корзине разложил…
Лучезарными глазами улыбаясь и маня,
Фея ласково спросила: "Что попросишь у меня?"
В сумке кожаной и грубой, - уж меня не проведешь,-
Угадал я очертанья старых сказочных галош:
Кто б ты ни был, резвый мальчик или сморщенный старик,
Чуть надел их, все что хочешь, ты увидишь в тот же миг…
"Фея, друг мой, вот газеты… чай и булки… Будь добра:
Одолжи Галоши Счастья, посиди здесь до утра!"
И пока она возилась, вскинув кудри над щекой,-
Предо мной встал пестрый город за широкою рекой:
Разноцветные церквушки, пятна лавок и ларьков,
Лента стен, собор и барки… Ах, опять увижу Псков!
Влез в галоши… Даль свернулась. Шпалы, ребра деревень…
Я на площади соборной очутился в серый день.

* * *
По базару вялым шагом, как угрюмые быки,
Шли в суконных шлемах чуйки, к небу вскинувши штыки.
Дети рылись в грудах сора, а в пустых мучных рядах
Зябли люди с жалким хламом на трясущихся руках.
"Возвратились?" - тихо вскликнул мой знакомый у ворот,
И в глазах его запавших прочитал я: "Идиот".
"Батов жив?" - "Давно расстрелян". - "Лев Кузьмич?" -
                                                          - "Возвратный тиф".-
Все, кого любил и знал я, отошли, как светлый миф…
Ветер дергал над Чекою палку с красным кумачом,
На крыльце торчал китаец, прислонясь к ружью плечом,
Молчаливый двор гостиный притаился, как сова,
Над разбитою лампадой - совнархозные слова…
На реке Пскове - пустыня. Где веселые ладьи?
Черт слизнул и соль, и рыбу, и дубовые бадьи…
Как небритый старый нищий, весь зарос навозом вал,
Дом, где жил я за рекою, комсомольским клубом стал.
Кровли нет. Всех близких стерли. Постоял я на углу -
И пошел в Галошах Счастья в злую уличную мглу.
Странно! Люди мне встречались двух невиданных пород:
У одних - избыток силы, у других - наоборот.
Ах, таких ужасных нищих и таких тревожных глаз
Не коснется, не опишет человеческий рассказ…
У пролома предо мною некто в кожаном предстал:
"Кто такой? Шпион? Бумаги!" Вскинул нос - Сарданапал!
Я Галоши Счастья сбросил и дрожащею рукой
Размахнулся над безмолвной, убегающей рекой.

* * *
На столе письмо белело, - потаенный гордый стон,
Под жилетною подкладкой проскользнувший за кордон.
Фея - вздор. Зачем датчанке прилетать в Passy ко мне?
Я, отравленный посланьем, в старый Псков слетал во сне.

Соловьиное сердце

Соловьиное сердце - смешное и хрупкое чудо…
Потолочная плесень вдруг вспыхнет восточным ковром,
Ветер всхлипнет за вьюшкой, но в ветре - кто знает откуда? -
Невидимка-органчик веселым звенит серебром.

Ты давно им владел - андерсеновским старым секретом…
Каждый грязный кирпич освещая бенгальским огнем,
Был ты в каждом движенье беспечным и вольным поэтом
И не сделал Пегаса своим водовозным конем.

От обломовских будней, пронизанных питерским гноем,
Уходил ты на волю сквозь створки волшебных дверей:
Полотер ярославский был русским твоим Антиноем,
И лукавый твой сад был шаров разноцветных пестрей.

Так запомнился крепко рисунок твой сочный и четкий:
И румянец герани и толстый ворчун-голубок…
Нахлобучивши шляпу, смотрел ты с усмешкою кроткой,
Насмотрелся и создал лирический русский лубок.

Муза в ситцевом платье была вне парнасских канонов,
Не звезда ль Беранже излучала повторно свой свет?
Но не понял никто из журнальных маститых Катонов,
Что беспечно прошел мимо нас настоящий поэт.

А потом… а потом и без слов нам все это известно.
Рев войны, кумачовый пожар… Где былая, родная герань?
Дом сгорел… На чужбине пустынно, и жутко, и тесно,
И усталый поэт, как в ярмо запряженная лань.

Надорвался и сгинул. Кричат биржевые таблицы…
Гул моторов… Рекламы… Как краток был светлый порыв!
Так порой, если отдыха нет, перелетные птицы
Гибнут в море, усталые крылья бессильно сложив.

...................................................................
© Copyright: Саша Чёрный chernyj.ru 

 


 

    

   

 
  Читать тексты стихов Саши Чёрного. Стихи из эмиграции. Эмигрантская поэзия, мало известные стихотворения русского поэта Саши Чёрного, не изданные при жизни, сборник текстов стихов читать онлайн.