Стихи про Россию. Стихотворения на тему Россия.

НА ГЛАВНУЮ СТИХИ НА ТЕМУ:
СТИХИ ПРО:
 
Август   Ангел   Апрель
Бабушка  Береза  Бессмертие
Богатыри  Больница  Бородино
Буря   Вдохновение   Весна
Ветер   Вечер   Вечность
Возвращение  Война   Волга
Время   Встреча   Глаза
Голуби   Горе   Города
Горы   Гроза   Грусть
Декабрь   Деньги   Деревня
Дети   Детство   Дождь
Дорога   Дружба   Женщины
Жизнь   Журавли   Зависть
Закат    Звезда    Зима
Зимнее    Идеал    Измена
Истина    Июль    Июнь
Кони    Красота

       

 
Россия: стихи русских поэтов на эту тему.
 
Грядущее (Владимир Алексеевич Гиляровский)

Я вижу даль твою, Россия,
Слежу грядущее твое --
Все те же нивы золотые,
Все тот же лес, зверей жилье.
Пространства также все огромны,
Богатств -- на миллион веков,
Дымят в степях бескрайних домны,
Полоски рельсовых оков
Сверкают в просеках сосновых
И сетью покрывают дол,
И городов десятки новых,
И тысячи станиц и сел.
Пустыня где была когда-то,
Где бурелом веками гнил,
Где сын отца и брат где брата
В междоусобной распре бил,--
Покой и мир.
Границ казенных
Не ведает аэроплан,
При радио нет отдаленных,
Неведомых и чуждых стран.
На грани безвоздушной зоны
При солнце и в тумане мглы
Летят крылатые вагоны
И одиночные орлы.
Нигде на пушки и гранаты
Не тратят жадный капитал --
Зачем -- когда мы все богаты
И труд всех в мире уравнял.
Когда исчезнули границы,
Безумен и нелеп захват,
Когда огнем стальные птицы
В единый миг испепелят
Того, кем мира мир нарушен,
Да нет и помыслов таких --
Давно к богатству равнодушен
Бескрылый жадности порыв.
А там, на западе, тревога:
Волхвы пережитой земли
В железном шуме ищут бога.
А мы давно его нашли.
Нашли его в лесах дремучих,
Взращенных нами же лесах,
Нашли его в грозовых тучах
Дождем, пролившимся в степях,
Просторы наши бесконечны.
Как беспредельна степи ширь,
Кремль освещает вековечный
Кавказ, Украину и Сибирь,
Пески немого Туркестана
Покрыты зеленью давно,
Их с мрачной джунглей Индостана
Связало новое звено.
Страна труда, страна свободы,
В года промчавшейся невзгоды
Одна в булат закалена...
Я вижу даль твою, Россия,
Слежу грядущее твое.

Две России (Василий Дмитриевич Александровский)

           I.
Белое ровное поле,
Вешки у длинных дорог;
Сердце от грусти и боли
Я уберечь не мог.

Ветер хохочет и свищет,
Снежный колышется звон;
Кто я: поэт или нищий?
Что ты: мечта или сон?..

Мглистая непогодь злится,
Нет ни начал, ни концов...
В воздухе черная птица
Черное чертит кольцо...

Русь бледнолицая! Где же
Спрятано сердце твое,
Где же упорство медвежье,
Буйства хмельное питье?..

Кто тебя в дьявольской зыбке
Пьяную в сон укачал?
С детства я светлой улыбки
В жизни твоей не встречал...

Сквозь полусумрак неволи
Только и видеть я мог:
Белое ровное поле,
Вешки у длинных дорог...

            II.
Покоя северного вестник -
Фонарь желтеет у ворот;
Здесь под гармонику и песни
Грустит оборванный народ...

Гонимый тягостным туманом,
Придешь, и не уйдешь назад, -
Перед наполненным стаканом
Повиснут мутные глаза.

Как быстро тяжелеют ноги...
О, жало жгучее тоски,
Скажи, всегда ль твои дороги
Приводят только в тупики?!..

Простор полей однообразен
И однотонен вой пурги...
Скажи: не бред же Стенька Разин,
Ткачев и тысячи других?...

- Ах, эта жажда всепознанья,
Разбившая оковы сна, -
Узнай, что только из страданья
Родится Новая Страна...

            III.
Ну, и пусть на меня опрокинутся
Грязно-мутные волны тоски, -
Не зайдет же душа-имениннина
В придорожные кабаки?!..

Связан я узловыми дорогами,
На которых повесилась Русь,
На которых трактиры с острогами
Хоронили народную грусть...

О, страна!.. С вековыми устоями,
Под стальными когтями орла,
За отверженными героями
Ты на красную пытку пошла.

Ты пошла умереть под метелями,
Чтобы снова воскреснуть в огне,
И недели текли за неделями
К надвигающейся Весне...

Мне, рожденному в отблесках горна,
Твоя крестная боль не дает
Оглянуться на труп уже черный
У железных, острожных ворот.,.

Ну, и пусть на меня опрокинутся
Грязно-мутные волны тоски,
Не зайдет же душа-именинница
В заколоченные кабаки?!..

            IV.

О, кровавое пламя костра!
О, зовущие крики набата!..
Вы распяли мое Вчера
На расплавленной меди заката.

Я уже перешел черту
Обескровленного ожиданья, -
Если сердце - горящая ртуть,
Значит жизнь - не одно страданье...

Если мне на придушенный стон
Можно смехом жестоким ответить,
Значит знойное завтра - не сон,
Значит солнце тоскует о лете...

Две России качаются в мгле,
И одна из них в зареве пытки,
Для другой, посиневшей в петле,
Вьюга саван серебряный выткет.

Ах, зарыть бы, зарыть пора
Этот труп старушонки горбатой...
О, кровавое пламя костра!
О, зовущие крики набата!..

             V.

Похоронные звоны и - радио,
Та же степь, а по ней - грузовоз.
Ветер зарево вытянул радугой
На суглинок промерзших полос...

Что же? Пойте ей вечную память,
Те, кому наслажденьем был сон,
Мы же солнечными глазами
Прозреваем в недра времен.

Мы другую Россию видим
Без метелей, тоски, кабаков;
В каждом юноше - новый Овидий,
В каждом старце - мудрость богов...

Рвутся времени красные кони
Из туманных надорванных пут,
Рвутся в мир, где на огненном троне
Восседает раскованный Труд.

1920


Дума о России (Дмитрий Борисович Кедрин)

Широка раскинулась Россия,
Много бед Россия выносила:
На нее с востока налетали
Огненной метелицей татары,
С запада, затмив щитами солнце,
Шли стеною на нее ливонцы.
"Вот ужо, - они ее пугали, -
Мы в песок сотрем тебя ногами!
Погоди, мол, вырастет крапива,
Где нога немецкая ступила..."

Бил дозорный в било на Пожаре,
К борзым коням ратники бежали,
Выводил под русским небом синим
Ополченье тороватый Минин,
От неволи польской и татарской
Вызволяли Русь Донской с Пожарским,
Смуглая рука царя Ивана
Крестоносцев по щекам бивала.
И чертили по степным яругам
Коршуны над ними круг за кругом,
Их клевало на дорогах тряских
Воронье в монашьих черных рясках,
И вздымал над битой вражьей кликой
Золотой кулак Иван Великий...

Сеял рожь мужик в портах посконных,
И Андрей Рублев писал иконы,
Русичи с глазами голубыми
На зверье с рогатиной ходили,
Федька Конь, смиряя буйный норов,
Строил чудотворный Белый город,
Плошка тлела в слюдяном оконце,
Девки шли холсты белить на солнце,
Пели гусли вещего Баяна
Славу прошлых битв, и Русь стояла,
И Москва на пепле вырастала,
Точно голубятня золотая...

Нынче вновь кривые зубы точит
Враг на русский край. Он снова хочет
Выложить костьми нас в ратном поле,
Волю отобрать у нас и долю,
Чтобы мы не пели наших песен,
Не владели ни землей, ни лесом,
Чтоб влекла орда тевтонов пьяных
Наших жен в шатры, как полонянок,
Чтобы наши малые ребята
От поклонов сделались горбаты,
Чтоб лишь странники брели босые
По местам, где встарь была Россия...

Не бывать такому сраму, братцы!
Грудью станем! Будем насмерть драться!
Изведем врага! Штыком заколем!
Пулею прошьем! Забьем дрекольем!
В землю втопчем! Загрызем зубами,
А не будем у него рабами!
Ястреб нам крылом врага укажет,
Шелестом трава о нем расскажет,
Даль заманит, выдаст конский топот,
Русская река его утопит...
Не испить врагу шеломом Дона!
Русские не склонятся знамена!
Будем биться так, чтоб видно было:
В мире нет сильнее русской силы!
Чтоб остались от орды поганой
Только безыменные курганы,
Чтоб вовек стояла величаво
Мать Россия, наша жизнь и слава!

1942


К России (Владимир Григорьевич Бенедиктов)

Не унывай! Все жребии земные
Изменчивы, о дивная в землях!
Твоих врагов успехи временные
Пройдут, как дым, - исчезнут, яко прах.
Всё выноси, как древле выносила,
И сознавай, что в божьей правде сила,
А не в слепом движении страстей,
Не в золоте, не в праздничных гремушках,
Не в штуцерах, не в дальнометных пушках
И не в стенах могучих крепостей.

Да, тяжело... Но тяжелей бывало,
А вышла ты, как божий день, из тьмы;
Терпела ты и в старину немало
Различных бурь и всякой кутерьмы.
От юных дней знакомая с бедами,
И встарь ты шла колючими путями,
Грядущего зародыши тая,
И долгого терпения уроки
Внесла в свои таинственные строки
Суровая История твоя.

Ты зачат был от удали норманнской
(Коль к твоему началу обращусь),
И мощною утробою славянской
Ты был носим, младенец чудный - Рус,
И, вызванный на свет к существованью,
Европе чужд, под Рюриковой дланью
Сперва лежал ты пасынком земли,
Приемышем страны гиперборейской,
Безвестен, дик, за дверью европейской,
Где дни твои невидимо текли.

И рано стал знаком ты с духом брани,
И прыток был ребяческий разбег;
Под Игорем с древлян сбирал ты дани,
Под Цареград сводил тебя Олег,
И, как ведром водицу из колодца,
Зачерпывал ты шапкой новгородца
Днепровский вал, - и, ловок в чудесах,
Преград не зря ни в камнях, ни в утесах,
Свои ладьи ты ставил на колесах
И посуху летел на парусах.

Ты подрастал. Уж сброшена пеленка,
Оставлена дитятей колыбель;
Ты на ногах, пора крестить ребенка!
И вот - Днепра заветная купель
На греческих крестинах расступилась,
И Русь в нее с молитвой погрузилась.
Кумиры - в прах! Отрекся и от жен
Креститель наш - Владимир, солнце наше,
Хоть и вздохнул: "Зело бо жен любяще", -
И браком стал с единой сопряжен.

И ввергнут был в горнило испытаний
Ты - отрок - Рус. В начале бытия
На двести лет в огонь домашних браней
Тебя ввели удельные князья:
Олегович, Всеславич, Ярославич,
Мстиславич, Ростиславич, Изяславич, -
Мозг ныл в костях, трещала голова, -
А там налег двухвековой твой барин.
Тебе на грудь - неистовый татарин,
А там, как змей, впилась в тебя Литва.

Там Рим хитрил, но, верный православью,
Ты не менял восточного креста.
От смут склонил тебя к однодержавью
Твой Иоанн, рекомый "Калита".
Отбился ты и от змеи литовской,
И крепнуть стал Великий князь Московской,
И, осенен всевышнего рукой,
Полки князей в едину рать устроив,
От злых татар герой твой - вождь героев -
Святую Русь отстаивал Донской.

И, первыми успехами венчанна,
Русь, освежась, протерла лишь глаза,
Как ей дались два мощных Иоанна:
Тот - разум весь, сей - разум и гроза, -
И, под грозой выдерживая опыт,
Крепясь, молясь и не вдаваясь в ропот,
На плаху Рус чело свое клонил,
А страшный царь, кроваво-богомольный,
Терзая люд и смирный и крамольный,
Тиранствовал, молился и казнил.

Лишь только дух переводил - и снова
Пытаем был ты, детствующий Рус, -
Под умною опекой Годунова
Лишь выправил ты бороду и ус
И сел было с указкою за книжку,
Как должен был за Дмитрия взять Гришку,
А вслед за тем с ватагою своей
Вор Тушинский казацкою тропинкой
На царство шел с бесстыдною Маринкой -
Сей польскою пристяжкой лжецарей.

И то прошло. И, наконец, указан
России путь божественным перстом:
Се Михаил! На царство в нем помазан
Романовых благословенный дом.
И се - восстал гигант-образователь
Родной земли, ее полусоздатель
Великий Петр. Он внутрь и вне взглянул
И обнял Русь: "Здорово, мол, родная!" -
И всю ее от края и до края
Встряхнул, качнул и всю перевернул, -

Обрил ее, переодел и в школу
Ее послал, всему поиаучил;
"Да будет!" - рек, - и по его глаголу
Творилось всё, и русский получил
Жизнь новую. Хоть Руси было тяжко,
Поморщилась, покорчилась, бедняжка,
Зато потом как новая земля
Явилась вдруг, оделась юной славой,
Со шведами схватилась под Полтавой
И бойкого зашибла короля.

И побойчей был кое-кто, и, глядя
На божий мир, весь мир он с бою брал, -
То был большой, всезнаменитый дядя,
Великий вождь, хоть маленький капрал;
Но, с малых лет в гимнастике страданий
Окрепший, росс не убоялся брани
С бичом всех царств, властителем властей,
С гигантом тем померялся он в силах,
Зажег Москву и в снеговых могилах
Угомонил непризванных гостей.

И между тем как на скалах Елены
Утихло то, что грозно было встарь,
Торжественно в стенах всесборной Вены
Европе суд чинил наш белый царь,
И где ему внимали так послушно -
Наш судия судил великодушно.
Забыто всё. Где благодарность нам?
"Вы - варвары!" - кричат сынам России
Со всех сторон свирепые витии,
И враг летит по всем морским волнам.

Везде ты шла особою дорогой,
Святая Русь, - давно ль средь кутерьмы
На Западе, охваченном тревогой,
Качалось всё? - Спокойны были мы,
И наш монарх, чьей воли непреклонность
Дивила мир, чтоб поддержать законность,
По-рыцарски извлек свой честный меч.
За то ль, что с ним мы были бескорыстны,
Для Запада мы стали ненавистны?
За то ль хотят на гибель нас обречь?

В пылу войны готовность наша к миру
Всем видима, - и видимо, как есть,
Что схватим мы последнюю секиру,
Чтоб отстоять земли родимой честь.
Не хочет ли союзничество злое
Нас покарать за рыцарство былое,
Нам доказать, что нет священных прав,
Что правота - игрушка в деле наций,
Что честь знамен - добавок декораций
В комедиях, в трагедиях держав?

Или хотят нас просветить уроком,
Нам показать, что правый, честный путь
В политике является пороком
И что людей и совесть обмануть -
Верх мудрости? - Нет! Мы им не поверим.
Придет конец невзгодам и потерям, -
Мы выдержим - и правда верх возьмет.
Меж дел людских зла сколько б ни кипело-
Отец всех благ свое проводит дело,
И он один уроки нам дает.

Пусть нас зовут врагами просвещенья!
Со всех трибун пускай кричат, что мы -
Противники всемирного движенья,
Поклонники невежественной тьмы!
Неправда! Ложь! - К врагам готовы руку
Мы протянуть, - давайте нам науку!
Уймите свой несправедливый шум!
Учите нас, - мы вам "спасибо" скажем;
Отстали мы? Догоним - и докажем,
Что хоть ленив, но сметлив русский ум.

Вы хитростью заморскою богаты,
А мы спроста в открытую идем,
Вы на словах возвышенны и святы,
А мы себя в святых не сознаем.
Порой у нас (где ж люди к злу не падки?)
Случаются и английские взятки,
И ловкости французской образцы
В грабительстве учтивом или краже;
А разглядишь - так вы и в этом даже
Великие пред нами мудрецы.

Вы навезли широкожерлых пушек,
Громадных бомб и выставили рать,
Чтоб силою убийственных хлопушек
Величие России расстрелять;
Но - вы дадите промах. Провиденье
Чрез вас свое дает нам наставленье,
А через нас самих вас поразит;
Чрез вас себя во многом мы исправим,
Пойдем вперед и против вас поставим
Величия усиленного щит.

И выстрелы с той и другой стихии
Из ваших жерл, коли на то пошло,
Сразят не мощь державную России,
А ваше же к ней привитое зло;
И, крепкие в любви благоговейной,
Мы пред царем сомкнёмся в круг семейной,
И всяк сознай, и всяк из нас почуй
Свой честный долг! - Царя сыны и слуги"
Ему свои откроем мы недуги
И скажем: "Вот! Родимый наш! Врачуй!"

И кто из нас или нечестный воин,
Иль гражданин, но не закона страж,
Мы скажем: "Царь! Он Руси не достоин,
Изринь его из круга, - он не наш".
Твоя казна да будет нам святыня!
Се наша грудь - Отечества твердыня,
Затем что в ней живут и бог и царь,
Любовь к добру и пламенная вера!
И долг, и честь да будут - наша сфера!
Монарх - отец, Отечество - алтарь!

Не звезд одних сияньем лучезарен,
Но рвением к добру страны родной,
Сановник наш будь истинный боярин,
Как он стоит в стихах Ростопчиной!
Руководись и правдой и наукой,
И будь второй князь Яков Долгорукой!
Защитник будь вдовства и сиротства!
Гнушайся всем, что криво, низко, грязно!
Будь в деле чужд Аспазий, Фрин соблазна,
Друзей, связей, родства и кумовства!

И закипят гигантские работы,
И вырастет богатство из земли,
И явятся невиданные флоты,
Неслыханных размеров корабли,
И миллионы всяческих орудий,
И явятся - на диво миру - люди, -
И скажет царь: "Откройся свет во мгле
И мысли будь широкая дорога,
Затем что мысль есть проявленье бога
И лучшая часть неба на земле!"

Мы на тебя глядим, о царь, - и тягость
С унылых душ снимает этот взгляд.
Над Русью ты - увенчанная благость,
И за тебя погибнуть каждый рад.
Не унывай, земля моя родная,
И, прошлое с любовью вспоминая,
Смотри вперед на предлежащий век!
И верь, - твой враг вражду свою оплачет
И замолчит, уразумев, что значит
И русский бог, и русский человек.



К России (Владимир Владимирович Набоков)

Отвяжись, я тебя умоляю!
Вечер страшен, гул жизни затих.
Я беспомощен. Я умираю
от слепых наплываний твоих.

Тот, кто вольно отчизну покинул,
волен выть на вершинах о ней,
но теперь я спустился в долину,
и теперь приближаться не смей.

Навсегда я готов затаиться
и без имени жить. Я готов,
чтоб с тобой и во снах не сходиться,
отказаться от всяческих снов;

обескровить себя, искалечить,
не касаться любимейших книг,
променять на любое наречье
все, что есть у меня,- мой язык.

Но зато, о Россия, сквозь слезы,
сквозь траву двух несмежных могил,
сквозь дрожащие пятна березы,
сквозь все то, чем я смолоду жил,

дорогими слепыми глазами
не смотри на меня, пожалей,
не ищи в этой угольной яме,
не нащупывай жизни моей!

Ибо годы прошли и столетья,
и за горе, за муку, за стыд,-
поздно, поздно!- никто не ответит,
и душа никому не простит.

1939, Париж


"Моя королева - Русь" (Александр Васильевич Ширяевец)

Моя королева - Русь,
Лесная, речная, Степная!
Все сказы ею наизусть
Я знаю, её лишь не знаю!

Клады заклятые свои
Издревле хранит она строго...
Не знали и деды мои,
Быть может, не выдаст и Богу...

За Птицей чудесной я мчусь,
Запевы я Сирина чую!
Моя королева - Русь!
Ей песни и жизнь отдаю я!

1920 или 1921 гг.


Моя Россия (Игорь Северянин)

    И вязнут спицы расписные
    В расхлябанные колеи...
                     
                      Ал. Блок


Моя безбожная Россия,
Священная моя страна!
Ее равнины снеговые,
Ее цыгане кочевые,-
Ах, им ли радость не дана?
Ее порывы огневые,
Ее мечты передовые,
Ее писатели живые,
Постигшие ее до дна!
Ее разбойники святые,
Ее полеты голубые
И наше солнце и луна!
И эти земли неземные,
И эти бунты удалые,
И вся их, вся их глубина!
И соловьи ее ночные,
И ночи пламно-ледяные,
И браги древние хмельные,
И кубки, полные вина!
И тройки бешено степные,
И эти спицы расписные,
И эти сбруи золотые,
И крыльчатые пристяжные,
Их шей лебяжья крутизна!
И наши бабы избяные,
И сарафаны их цветные,
И голоса девиц грудные,
Такие русские, родные,
И молодые, как весна,
И разливные, как волна,
И песни, песни разрывные,
Какими наша грудь полна,
И вся она, и вся она -
Моя ползучая Россия,
Крылатая моя страна!

1924


На границе (Николай Александрович Морозов)

И вот опять она, Россия...
Опять и церкви, и кресты,
И снова вижу на пути я
Следы старинной нищеты.
Опять жандармские ливреи
Цветами яркими блестят,
И выраженье: "Мы - лакеи!"
Черты опричников хранят.
Опять насилия и слезы...
И как-то чудится во мгле,
Что даже ели и березы
Здесь рабски клонятся к земле!..

1881 (?)


"На кресте Тебя, Русь, распяли" (Стефан Стефанович Грааль-Арельский (Петров))

На кресте Тебя, Русь, распяли,
И Твой голос певучий затих;
Только ветры полынью печали
Прозвенели в просторах ржаных...
И от Ильменя до Рязани,
От Байкала до стен Кремля -
Захлебнулась в красном тумане
Черноземно-ржаная земля.
И с тех пор непрогляднее ночи
Стала жизнь, чужда и горька,
И твоею рукою, рабочий,
Водит чья-то чужая рука...
Потому и в глазах невеселых -
Только жгучее пламя тоски,
И везде - в городах и селах
От свободы идут в кабаки...

5 июля 1925


"О, юродивая Россия" (Георгий Иванович Чулков)

О, юродивая Россия,
Люблю, люблю твои поля,
Пусть ты безумная стихия,
Но ты свята, моя земля.

И в этот час, час преступлений,
Целую твой горячий прах.
Среди падений и мучений
Как буен тёмных крыльев взмах!

Под странным двуединым стягом
Единая слилася Русь,
И закипела кровью брага...
Хмельной - я за тебя молюсь.

Друзья-враги! Мы вместе, вместе!
Наступит миг - и все поймут,
Что плачу я о той Невесте,
Чей образ ангелы несут.

8 ноября 1919


Перед картой России (Тэффи)

В чужой стране, в чужом старом доме
На стене повешен ее портрет,
Ее, умершей, как нищенка, на соломе,
В муках, которым имени нет.

Но здесь на портрете она вся, как прежде,
Она богата, она молода,
Она в своей пышной зеленой одежде,
В какой рисовали ее всегда.

На лик твой смотрю я, как на икону...
"Да святится имя твое" убиенная Русь!"
Одежду твою рукой тихо трону
И этой рукою перекрещусь.



Прощанье с краем, откуда я не уезжал (Николай Платонович Огарёв)

Прощай, прощай, моя Россия!
Еще недолго - и уж я
Перелечу в страны чужие,
В иные, светлые края.
Благодарю за день рожденья,
За ширь степей и за зиму,
За сердцу сладкие мгновенья,
За горький опыт, за тюрьму,
За благородные желанья,
За равнодушие людей,
За грусть души, за жажду знанья,
И за любовь, и за друзей,-
За все блаженство, все страданья;
Я все люблю, все святы мне
Твои, мой край, воспоминанья
В далекой будут стороне.
И о тебе не раз вздохну я,
Вернусь - и с теплою слезой
На небо серое взгляну я,
На степь под снежной пеленой...

1840


России (Валерий Яковлевич Брюсов)

В стозарном зареве пожара,
Под ярый вопль вражды всемирной,
В дыму неукрощенных бурь,-
Твой облик реет властной чарой:
Венец рубинный и сапфирный
Превыше туч пронзил лазурь!

Россия! в злые дни Батыя
Кто, кто монгольскому потопу
Возвел плотину, как не ты?
Чья, в напряженной воле, выя,
За плату рабств, спасла Европу
От Чингис-хановой пяты?

Но из глухих глубин позора,
Из тьмы бессменных унижений,
Вдруг, ярким выкриком костра,-
Не ты ль, с палящей сталью взора,
Взнеслась к державности велений
В дни революции Петра?

И вновь, в час мировой расплаты,
Дыша сквозь пушечные дула,
Огня твоя хлебнула грудь,-
Всех впереди, страна-вожатый,
Над мраком факел ты взметнула,
Народам озаряя путь.

Что ж нам пред этой страшной силой?
Где ты, кто смеет прекословить?
Где ты, кто может ведать страх?
Нам - лишь вершить, что ты решила,
Нам - быть с тобой, нам - славословить
Твое величие в веках!

1920


России (Владимир Владимирович Маяковский)

Вот иду я,
заморский страус,
в перьях строф, размеров и рифм.
Спрятать голову, глупый, стараюсь,
в оперенье звенящее врыв.

Я не твой, снеговая уродина.
Глубже
в перья, душа, уложись!
И иная окажется родина,
вижу -
выжжена южная жизнь.

Остров зноя.
В пальмы овазился.
"Эй,
дорогу!"
Выдумку мнут.
И опять
до другого оазиса
вью следы песками минут.

Иные жмутся -
уйти б,
не кусается ль?-
Иные изогнуты в низкую лесть.
"Мама,
а мама,
несет он яйца?"-
" Не знаю, душечка,
Должен бы несть".

Ржут этажия.
Улицы пялятся.
Обдают водой холода.
Весь истыканный в дымы и в пальцы,
переваливаю года.
Что ж, бери меня хваткой мёрзкой!
Бритвой ветра перья обрей.
Пусть исчезну,
чужой и заморский,
под неистовства всех декабрей.

1916


России (Алексей Степанович Хомяков)

"Гордись! - тебе льстецы сказали. -
Земля с увенчанным челом,
Земля несокрушимой стали,
Полмира взявшая мечом!
Пределов нет твоим владеньям,
И,  прихотей твоих раба,
Внимает гордым повеленьям
Тебе покорная судьба.
Красны степей твоих уборы,
И горы в небо уперлись,
И как моря твои озеры..."
Не верь,  не слушай,  не гордись!
Пусть рек твоих глубоки волны,
Как волны синие морей,
И недра гор алмазов полны,
И хлебом пышен тук степей;
Пусть пред твоим державным блеском
Народы робко кланят взор
И семь морей немолчным плеском
Тебе поют хвалебный хор;
Пусть далеко грозой кровавой
Твои перуны пронеслись -
Всей этой силой,  этой славой,
Всем этим прахом не гордись!
Грозней тебя был Рим великой,
Царь семихолмного хребта,
Железных сил и воли дикой
Осуществленная мечта;
И нестерпим был огнь булата
В руках алтайских дикарей;
И вся зарылась в груды злата
Царица западных морей.
И что же Рим? и где монголы?
И,  скрыв в груди предсмертный стон,
Кует бессильные крамолы,
Дрожа над бездной,  Альбион!
Бесплоден всякой дух гордыни,
Неверно злато,  сталь хрупка,
Но крепок ясный мир святыни,
Сильна молящихся рука!

И вот за то,  что ты смиренна,
Что в чувстве детской простоты,
В молчаньи сердца сокровенна,
Глагол творца прияла ты, -
Тебе он дал свое призванье,
Тебе он светлый дал удел:
Хранить для мира достоянье
Высоких жертв и чистых дел;
Хранить племен святое братство,
Любви живительный сосуд,
И веры пламенной богатство,
И правду,  и бескровный суд.
Твое всё то,  чем дух святится,
В чем сердцу слышен глас небес,
В чем жизнь грядущих дней таится,
Начало славы и чудес!..
О,  вспомни свой удел высокой!
Былое в сердце воскреси
И в нем сокрытого глубоко
Ты духа жизни допроси!
Внимай ему - и,  все народы
Обняв любовию своей,
Скажи им таинство свободы,
Сиянье веры им пролей!
И станешь в славе ты чудесной
Превыше всех земных сынов,
Как этот синий свод небесный -
Прозрачный вышнего покров!

Осень 1839


России (Сергей Федорович Буданцев)

С Москвы через Рязань на Астрахань
ветловая дорога,
почтовый непроезжий тракт.

Столетий неизжитая морока
ненастий выпила обрюзглый страх и мрак.

Истаскан день.
Морщинист лика быт,
тысячелетий быт морщинист у поречий.
Забыт по тракту звон копыт,
породистых кобыл звон резкий и горячий.

Так это Ты:
Власть Тьмы
и Ревизор,
и кто-то из Тебя
(подует как на блюдце)
пьёт Твой великий подвиг и разор -
кровавое вино всех революций.
Провидцу снится,
как будет бить и виться
из всех могил обличья и обычай.

Ведь это Он над киселём провинций
на небе вязнет, неумерший Городничий.

Обтянута в преданий плесень,
ветловый тракт забыла и измаяла,
когда здесь бушевал,
глумился,
куролесил
прах бригадира Льва Измайлова.

Неистов бригадир.
И слух о нём неистов.
И режет спину на конюшне плеть.

Неужто так от свиста и до свиста
рожать мучения и счастием болеть?

Рожай.
Болей.
Я вижу сам в ненастьях
что нынче день как вечный арестант.
Когда ж глаза не будет злобой застить
могил и призраков непобеждённый стан?

Май 1919, Мантурово, Рязанская губерния


Россия издали (Николай Николаевич Асеев)

Три года гневалась весна,
три года грохотали пушки,
и вот - в России не узнать
пера и голоса кукушки.

Заводы весен, песен, дней,
отрите каменные слезы:
в России - вора голодней
земные груди гложет озимь.

Россия - лен, Россия - синь,
Россия - брошенный ребенок,
Россию, сердце, возноси
руками песен забубенных.

Теперь там зори поднял май,
теперь там груды черных пашен,
теперь там - голос подымай,
и мир другой тебе не страшен.

Теперь там мчатся ковыли,
и говор голубей развешан,
и ветер пену шевелит
восторгом взмыленных черешен.

Заводы, слушайте меня -
готовьте пламенные косы:
в России всходят зеленя
и бредят бременем покоса!

1920, Владивосток


"Россия! Мы любим неяркий свет" (Дмитрий Борисович Кедрин)

Россия! Мы любим неяркий свет
Твоих сиротливых звезд.
Мы косим твой хлеб. Мы на склоне лет
Ложимся на твой погост.

Россия! Ты - быстрый лесной родник,
Степной одинокий стог,
Ты - первый ребячески звонкий вскрик,
Глухой стариковский вздох.

Россия! Мы все у тебя в долгу.
Ты каждому - трижды мать.
Так можем ли мы твоему врагу
В служанки тебя отдать?..

На жизнь и на смерть пойдем за тобой
В своей и чужой крови!
На грозный бой, на последний бой,
Россия, благослови!

Декабрь 1942 г.


Россия (Максимилиан Александрович Волошин)

   Из цикла «Война»

Враждующих скорбный гений
Братским вяжет узлом,
И зло в тесноте сражений
Побеждается горшим злом.

Взвивается стяг победный…
Что в том, Россия, тебе?
Пребудь смиренной и бедной —
Верной своей судьбе.

Люблю тебя побеждённой,
Поруганной и в пыли,
Таинственно осветлённой
Всей красотой земли.

Люблю тебя в лике рабьем,
Когда в тишине полей
Причитаешь голосом бабьим
Над трупами сыновей.

Как сердце никнет и блещет,
Когда, связав по ногам,
Наотмашь хозяин хлещет
Тебя по кротким глазам.

Сильна ты нездешней мерой,
Нездешней страстью чиста,
Неутолённою верой
Твои запеклись уста.

Дай слов за тебя молиться,
Понять твоё бытиё,
Твоей тоске причаститься,
Сгореть во имя твоё.



Россия (Федор Сологуб)

Ещё играешь ты, ещё невеста ты.
Ты, вся в предчувствии высокого удела,
Идёшь стремительно от роковой черты,
И жажда подвига в душе твоей зардела.

Когда поля твои весна травой одела,
Ты в даль туманную стремишь свои мечты,
Спешишь, волнуешься, и мнёшь, и мнёшь цветы,
Таинственной рукой из горнего предела

Рассыпанные здесь, как дар благой тебе.
Вчера покорная медлительной судьбе,
Возмущена ты вдруг, как мощная стихия,

И чувствуешь, что вот пришла твоя пора.
И ты уже не та, какой была вчера,
Моя внезапная, нежданная Россия.



Россия (Сергей Митрофанович Городецкий)

Как я любил тебя, родная,
Моя Россия, мать свобод,
Когда, под плетью изнывая,
Молчал великий твой народ.

В какой слепой и дикой вере
Ждал воскресенья твоего!
И вот всех тюрем пали двери,
Твое я вижу торжество.

Ты в праздник так же величава,
Как прежде в рабской нищете,
Когда и честь твоя и слава
Распяты были на кресте.

О вечном мире всей вселенной,
О воле, братстве и любви
Запела ты самозабвенно
Народам, гибнущим в крови.

Как солнце всходит от востока,
Так от тебя несется весть,
Что есть конец войне жестокой,
Живая правда в людях есть.

И близок день прекрасней рая,
Когда враги, когда друзья,
Как цепи, фронты разрывая,
Воскликнут: "Истина твоя!"

Как я люблю тебя, Россия,
Когда над миром твой народ
Скрижали поднял огневые,
Скрижали вечные свобод.

1917


Россия (Андрей Белый)

Луна двурога.
Блестит ковыль.
Бела дорога.
Летает пыль.

Летая, стая
Ночных сычей -
Рыдает в дали
Пустых ночей.

Темнеют жерди
Сухих осин;
Немеют тверди...
Стою - один.

Здесь сонный леший
Трясется в прах.
Здесь - конный, пеший
Несется в снах.

Забота гложет;
Потерян путь.
Ничто не сможет
Его вернуть.

Болота ржавы:
Кусты, огни,
Густые травы,
Пустые пни!

Декабрь 1916, Москва


Россия (Владимир Владимирович Набоков)

Не все ли равно мне, рабой ли, наемницей
иль просто безумной тебя назовут?
Ты светишь... Взгляну -- и мне счастие вспомнится.
Да, эти лучи не зайдут.

Ты в страсти моей и в страданьях торжественных,
и в женском медлительном взгляде была.
В полях озаренных, холодных и девственных,
цветком голубым ты цвела.

Ты осень водила по рощам заплаканным,
весной целовала ресницы мои.
Ты в душных церквах повторяла за дьяконом
слепые слова ектеньи.

Ты летом за нивой звенела зарницами,
в день зимний я в инее видел твой лик.
Ты ночью склонялась со мной над страницами
властительных, песенных книг.

Была ты и будешь. Таинственно создан я
из блеска и дымки твоих облаков.
Когда надо мною ночь плещется звездная,
я слышу твой реющий зов.

Ты -- в сердце, Россия. Ты -- цепь и подножие,
ты -- в ропоте крови, в смятенье мечты.
И мне ли плутать в этот век бездорожия?
Мне светишь по-прежнему ты.

5 марта 1919, Крым


Россия (Александр Александрович Блок)

Опять, как в годы золотые,
Три стертых треплются шлеи,
И вязнут спицы росписные
В расхлябанные колеи...

Россия, нищая Россия,
Мне избы серые твои,
Твои мне песни ветровые,-
Как слезы первые любви!

Тебя жалеть я не умею
И крест свой бережно несу...
Какому хочешь чародею
Отдай разбойную красу!

Пускай заманит и обманет,-
Не пропадешь, не сгинешь ты,
И лишь забота затуманит
Твои прекрасные черты...

Ну что ж? Одно заботой боле -
Одной слезой река шумней
А ты все та же - лес, да поле,
Да плат узорный до бровей...

И невозможное возможно,
Дорога долгая легка,
Когда блеснет в дали дорожной
Мгновенный взор из-под платка,
Когда звенит тоской острожной
Глухая песня ямщика!..

1908


Россия (Алексей Иванович Маширов-Самобытник)

Страна родная! В грозный год
На грани, кровью разогретой,
И ты сверкнула в свой черед
Новорожденною кометой.

В твоем крещеньи огневом
Гремят серебряные трубы,
И разбудил машинный гром
В полях бревенчатые срубы...

Советов кованная власть
Горит, как солнце, горделиво.
Страна громов, тебе ли пасть
Под гнетом злобного порыва?

О, нет! Твое призванье - жить
И в грустных сумерках Европы
К любви и братству проложить
Неумирающие тропы.

Напрасно бешенством врагов
Куется злобная стихия, -
Горит средь северных снегов
Воспламененная Россия.



Россия (Владимир Иванович Нарбут)

Щедроты сердца не разменяны,
и хлеб — все те же пять хлебов,
Россия Разина и Ленина,
Россия огненных столбов!
Бредя тропами незнакомыми
и ранами кровоточа,
лелеешь волю исполкомами
и колесуешь палача.
Здесь, в меркнущей фабричной копоти,
сквозь гул машин вопит одно:
— И улюлюкайте, и хлопайте
за то, что мне свершить дано!
А там — зеленая и синяя,
туманно-алая дуга
восходит над твоею скинией,
где что ни капля, то серьга.
Бесслезная и безответная!
Колдунья рек, трущоб, полей!
Как медленно, но всепобедная
точится мощь от мозолей.
И день грядет — и молний трепетных
распластанные веера
на труп укажут за совдепами,
на околевшее Вчера.
И Завтра... веки чуть приподняты,
но мглою даль заметена.
Ах, с розой девушка — Сегодня! — Ты
обетованная страна.

1918, Воронеж


Русь гулящая (Максимилиан Александрович Волошин)

    Из цикла «Пути России»

В деревнях погорелых и страшных,
Где толчётся шатущий народ,
Шлендит пьяная в лохмах кумашных
Да бесстыжие песни орёт.

Сквернословит, скликает напасти,
Пляшет голая — кто ей заказ?
Кажет людям срамные части,
Непотребства творит напоказ.

А проспавшись, бьётся в подклетьях,
Да ревёт, завернувшись в платок,
О каких-то расстрелянных детях,
О младенцах, засоленных впрок.

А не то разинет глазища
Да вопьётся, вцепившись рукой:
«Не оставь меня смрадной и нищей,
Опозоренной и хмельной.

Покручинься моею обидой,
Погорюй по моим мертвецам,
Не продай басурманам, не выдай
На потеху лихим молодцам…

Вся-то жизнь в теремах под засовом..
Уж натешились вы надо мной…
Припаскудили пакостным словом,
Припоганили кличкой срамной».

Разве можно такую оставить,
Отчураться, избыть, позабыть?
Ни молитвой её не проплавить,
Ни любовью не растопить…

Расступись же, кровавая бездна!
Чтоб во всей полноте бытия
Всенародно, всемирно, всезвездно
Просияла правда твоя!



"Русь моя, Россия, дом, земля и матерь!" (Арсений Александрович Тарковский)

           Кони ржут за Сулою...
             Слово о полку Игореве

Русь моя, Россия, дом, земля и матерь!
Ты для новобрачного — свадебная скатерть,

Для младенца — колыбель, для юного — хмель,
Для скитальца — посох, пристань и постель,

Для пахаря — поле, для рыбаря — море,
Для друга — надежда, для недруга — горе,

Для кормщика — парус, для воина — меч,
Для книжника — книга, для пророка — речь,

Для молотобойца — молот и сила,
Для живых — отцовский кров, для мертвых — могила.

Для сердца сыновьего — негасимый свет.
Нет тебя прекрасней и желанней нет.

Разве даром уголь твоего глагола
Рдяным жаром вспыхнул под пятой монгола?

Разве горький Игорь, смертью смерть поправ,
Твой не красил кровью бебряный рукав?

Разве киноварный плащ с плеча Рублева
На ветру широком не полощет снова?

Как — душе дыханье, руке — рукоять.
Хоть бы в пропасть кинуться — тебя отстоять.



Русь (Владимир Иванович Нарбут)

Деревня на пригорке —
В заплатанной сорочке:
Избушки, как опорки,
Овины — моха кочки.

Поломанные крылья,
Костлявые скелеты —
То ветряки. И пылью
Грустит над ними Лето.

Убогие ходули
Надев, шагают тучи.
И клеет желтый улей
Зной, точно мед, тягучий.

1909


Русь (Сергей Александрович Есенин)

1

Потонула деревня в ухабинах,
Заслонили избенки леса.
Только видно, на кочках и впадинах,
Как синеют кругом небеса.

Воют в сумерки долгие, зимние,
Волки грозные с тощих полей.
По дворам в погорающем инее
Над застрехами храп лошадей.

Как совиные глазки, за ветками
Смотрят в шали пурги огоньки.
И стоят за дубровными сетками,
Словно нечисть лесная, пеньки.

Запугала нас сила нечистая,
Что ни прорубь — везде колдуны.
В злую заморозь в сумерки мглистые
На березках висят галуны.

2

Но люблю тебя, родина кроткая!
А за что — разгадать не могу.
Весела твоя радость короткая
С громкой песней весной на лугу.

Я люблю над покосной стоянкою
Слушать вечером гуд комаров.
А как гаркнут ребята тальянкою,
Выйдут девки плясать у костров.

Загорятся, как черна смородина,
Угли-очи в подковах бровей.
Ой ты, Русь моя, милая родина,
Сладкий отдых в шелку купырей.

3

Понакаркали черные вороны:
Грозным бедам широкий простор.
Крутит вихорь леса во все стороны,
Машет саваном пена с озер.

Грянул гром, чашка неба расколота,
Тучи рваные кутают лес.
На подвесках из легкого золота
Закачались лампадки небес.

Повестили под окнами сотские
Ополченцам идти на войну.
Загыгыкали бабы слободские,
Плач прорезал кругом тишину.

Собиралися мирные пахари
Без печали, без жалоб и слез,
Клали в сумочки пышки на сахаре
И пихали на кряжистый воз.

По селу до высокой околицы
Провожал их огулом народ…
Вот где, Русь, твои добрые молодцы,
Вся опора в годину невзгод.

4

Затомилась деревня невесточкой —
Как-то милые в дальнем краю?
Отчего не уведомят весточкой, —
Не погибли ли в жарком бою?

В роще чудились запахи ладана,
В ветре бластились стуки костей.
И пришли к ним нежданно-негаданно
С дальней волости груды вестей.

Сберегли по ним пахари памятку,
С потом вывели всем по письму.
Подхватили тут родные грамотку,
За ветловую сели тесьму.

Собралися над четницей Лушею
Допытаться любимых речей.
И на корточках плакали, слушая,
На успехи родных силачей.

5

Ах, поля мои, борозды милые,
Хороши вы в печали своей!
Я люблю эти хижины хилые
С поджиданьем седых матерей.

Припаду к лапоточкам берестяным,
Мир вам, грабли, коса и соха!
Я гадаю по взорам невестиным
На войне о судьбе жениха.

Помирился я с мыслями слабыми,
Хоть бы стать мне кустом у воды.
Я хочу верить в лучшее с бабами,
Тепля свечку вечерней звезды.

Разгадал я их думы несметные,
Не спугнет их ни гром и ни тьма.
За сохою под песни заветные
Не причудится смерть и тюрьма.

Они верили в эти каракули,
Выводимые с тяжким трудом,
И от счастья и радости плакали,
Как в засуху над первым дождем.

А за думой разлуки с родимыми
В мягких травах, под бусами рос,
Им мерещился в далях за дымами
Над лугами веселый покос.

Ой ты, Русь, моя родина кроткая,
Лишь к тебе я любовь берегу.
Весела твоя радость короткая
С громкой песней весной на лугу.

1914


Стихи похвальные России (Василий Кириллович Тредиаковский)

Начну на флейте стихи печальны,
Зря на Россию чрез страны дальны:
Ибо все днесь мне ее доброты
Мыслить умом есть много охоты.

Россия мати! свет мой безмерный!
Позволь то, чадо прошу твой верный,
Ах, как сидишь ты на троне красно!
Небо российску ты солнце ясно!

Красят иных всех златые скиптры,
И драгоценна порфира, митры;
Ты собой скипетр твой украсила,
И лицем светлым венец почтила.

О благородстве твоем высоком
Кто бы не ведал в свете широком?
Прямое сама вся благородство:
Божие ты, ей! светло изводство.

В тебе вся вера благочестивым,
К тебе примесу нет нечестивым;
В тебе не будет веры двойныя,
К тебе не смеют приступить злые.

Твои все люди суть православны
И храбростию повсюду славны;
Чада достойны таковой мати,
Везде готовы за тебя стати.

Чем ты, Россия, не изобильна?
Где ты, Россия, не была сильна?
Сокровище всех добр ты едина,
Всегда богата, славе причина.

Коль в тебе звезды все здравьем блещут!
И россияне коль громко плещут:
Виват Россия! виват драгая!
Виват надежда! виват благая.

Скончу на флейте стихи печальны,
Зря на Россию чрез страны дальны:
Сто мне языков надобно б было
Прославить всё то, что в тебе мило!

1728


Тебе, Россия (Сергей Федорович Буданцев)

 Мать-Россия, тебе мои песни,
    О немая, суровая мать!
 
                      Андрей Белый

Осенний день уныл и мрачен
Над необъятностью полей,
И небу скорбный плач назначен
Над тёмной участью твоей.

И в старых далях, в хмурых дымах,
В немых просторах тишины,
Томясь от мук невыразимых,
Спасенья ждут твои сыны.

Кому из них промолвишь слово,
Кого утешишь и спасёшь,
Кому отдать себя готова,
Обременить тяготой нош?

О, мать суровая, Россия,
Что неприветливо глядишь?
Какие думы вековые
Твоя лелеет ныне тишь?

Молитвословья ль шепчет ветер,
Благословляет иль клянёт?
Но кто узнает и ответит,
И душу кто твою поймёт?

Но пусть и так. Благословенны
Молчанье, плач и маета.
И в этой скорби неизменной
Ты и мила, ты и чиста.



"Хочешь знать, что такое Россия" (Дмитрий Борисович Кедрин)

          Да, и такой, моя Россия...

                            А. Блок

Хочешь знать, что такое Россия -
Наша первая в жизни любовь?
Милый друг! Это ребра косые
Полосатых шлагбаумных столбов.
Это щебет в рябиннике горьком,
Пар от резвых коней на бегу,
Это желтая заячья зорька,
След на сахарном синем снегу.
Это пахарь в портах полотняных,
Пес, что воет в ночи на луну,
Это слезы псковских полонянок
В безутешном ливонском плену,
Это горькие всхлипы гармоник,
Свет далеких пожаров ночных,
Это- кашка, татарка и донник
На высоких могилах степных.
Это- эхо от песни усталой,
Облаков перелетных тоска,
Это свист за далекой заставой
Да лучина в окне кабака.
Это хлеб в узелке новобранца,
Это туз, что нашит на плечо,
Это дудка в руке Самозванца,
Это клетка, где жил Пугачев.
Да, страна наша не была раем:
Нас к земле прибивало дождем.
Но когда мы ее потеряем,
Мы милей ничего не найдем.

18 сентября 1942

Я и Россия (Велимир (Виктор Владимирович) Хлебников)

Россия тысячам тысяч свободу дала.
Милое дело! Долго будут помнить про это.
А я снял рубаху,
И каждый зеркальный небоскреб моего волоса,
Каждая скважина
Города тела
Вывесила ковры и кумачовые ткани.
Гражданки и граждане
Меня — государства
Тысячеоконных кудрей толпились у окон.
Ольги и Игори,
Не по заказу
Радуясь солнцу, смотрели сквозь кожу.
Пала темница рубашки!
А я просто снял рубашку —
Дал солнце народам Меня!
Голый стоял около моря.
Так я дарил народам свободу,
Толпам загара. 

Вы читали онлайн стихи русских поэтов: тексты произведений.
Классика русской поэзии: из большой коллекции коротких и красивых стихов известных поэтов России.

......................
Стихи поэтов 

 


 
Ласточки   Лебеди   Лес
Летнее   Лето   Луна  Любовь
Май  Март  Мать  Мгновение
Метель   Мечта   Молодость
Море  Мороз  Москва  Муза
Музыка   Наталья   Небо
Невеста  Новый год  Ночь
Ноябрь   Облака   Огонь
Одиночество  Океан  Октябрь
Ольга  Осень  Первая любовь
Печаль   Поцелуй   Поэзия
Природа  Прощание  Птицы
Разлука    Рай    Рассвет
Реки   Родина   Рождество
Россия   Свидание   Свобода
Север   Сентябрь   Сирень
Слезы  Смерть  Снег  Солнце
Соловей   Старость   Судьба
Счастье    Театр    Тишина
Тоска  Тучи  Утро  Учитель
Февраль  Цветы  Юность  Январь

       
   

 
  Читать онлайн тексты стихов про... Коллекция произведений известных русских поэтов, поэзия России.