на главную
содержание
 
Дельвиг      Пушкин
  
Баратынский  Тютчев
  
Лермонтов       Фет
 
Некрасов    Плещеев
  
Суриков   Анненский
  
Надсон      Сологуб
  
Мережк-кий Бальмонт
  
Бунин        Брюсов
  
Волошин   Ходасевич
  
Черный        Белый
 
Блок          Клюев
  
Хлебников   Гумилев
  
Северянин  Ахматова
  
Пастернак Ма-льштам
  
Цветаева Маяковский
 
Есенин       Есенин
  
Эдгар По     Байрон

Бодлер       Уайльд
 
 
АННЕНСКИЙ
СЛУЧЕВСКИЙ
СОЛОВЬЕВ
МИНСКИЙ
ЧЮМИНА
АМФИТЕАТРОВ
СОЛОГУБ
МЕРЕЖКОВСКИЙ
ИВАНОВ
БАЛЬМОНТ
ГОРЬКИЙ
ГИППИУС
ЛОХВИЦКАЯ
БУНИН
ВАЛЕНТИНОВ
КУЗМИН
ТЭФФИ

  
Чёрный лучшее 10
Чёрный лучшее 20
Чёрный лучшее 30
Чёрный лучшее 40
Чёрный лучшее 50
Чёрный лучшее 60
Чёрный лучшее 70
Чёрный лучшее 80
Чёрный лучшее 90
Чёрный лучшее 99
   
стихи Чёрного  1
стихи Чёрного  2
стихи Чёрного  3
стихи Чёрного  4
стихи Чёрного  5
стихи Чёрного  6
стихи Чёрного  7
стихи Чёрного  8
стихи Чёрного  9
стихи Чёрного 10

стихи  для детей
стихи  для детей
  
стихи Северянина
стихи Северянина
стихи Северянина
стихи Северянина
стихи Северянина
 
поэты  о любви 1
поэты  о любви 2
поэты  о любви 3
поэты  о любви 4
Асадов   о любви
Асадов   о любви
А. Фет   о любви
 
Есенин    лучшее
Цветаева  лучшее
Маяковский лучше
Ахматова  лучшее
Блок      лучшее
Пастернак лучшее
Северянин лучшее
Есенин  ещё  ещё
 

Есенин Сергей: стихи до слёз: стихи русских поэтов: классика поэзии 

Сергей Есенин
21 сентября (3 октября) 1895, село Константиново, Рязанская губерния –
28 декабря 1925, Ленинград

Песнь о собаке

Утром в ржаном закуте,

Где златятся рогожи в ряд,

Семерых ощенила сука,

Рыжих семерых щенят.


До вечера она их ласкала,

Причесывая языком,

И струился снежок подталый

Под теплым ее животом.


А вечером, когда куры

Обсиживают шесток,

Вышел хозяин хмурый,

Семерых всех поклал в мешок.


По сугробам она бежала,

Поспевая за ним бежать…

И так долго, долго дрожала

Воды незамерзшей гладь.


А когда чуть плелась обратно,

Слизывая пот с боков,

Показался ей месяц над хатой

Одним из ее щенков.


В синюю высь звонко

Глядела она, скуля,

А месяц скользил тонкий

И скрылся за холм в полях.


И глухо, как от подачки,

Когда бросят ей камень в смех,

Покатились глаза собачьи

Золотыми звездами в снег.


Корова

Дряхлая, выпали зубы,

Свиток годов на рогах.

Бил ее выгонщик грубый

На перегонных полях.


Сердце неласково к шуму,

Мыши скребут в уголке.

Думает грустную думу

О белоногом телке.


Не дали матери сына,

Первая радость не прок.

И на колу под осиной

Шкуру трепал ветерок.


Скоро на гречневом свее,

С той же сыновней судьбой,

Свяжут ей петлю на шее

И поведут на убой.


Жалобно, грустно и тоще

В землю вопьются рога…

Снится ей белая роща

И травяные луга.


«Не жалею, не зову, не плачу…»

Не жалею, не зову, не плачу,

Все пройдет, как с белых яблонь дым.

Увяданья золотом охваченный,

Я не буду больше молодым.


Ты теперь не так уж будешь биться,

Сердце, тронутое холодком,

И страна березового ситца

Не заманит шляться босиком.


Дух бродяжий! ты все реже, реже

Расшевеливаешь пламень уст.

О, моя утраченная свежесть,

Буйство глаз и половодье чувств!


Я теперь скупее стал в желаньях,

Жизнь моя! иль ты приснилась мне?

Словно я весенней гулкой ранью

Проскакал на розовом коне.

Все мы, все мы в этом мире тленны,

Тихо льется с кленов листьев медь…

Будь же ты вовек благословенно,

Что пришло процвесть и умереть.


«Мне осталась одна забава…»

Мне осталась одна забава:

Пальцы в рот – и веселый свист.

Прокатилась дурная слава,

Что похабник я и скандалист.


Ах! какая смешная потеря!

Много в жизни смешных потерь.

Стыдно мне, что я в бога верил.

Горько мне, что не верю теперь.


Золотые, далекие дали!

Все сжигает житейская мреть.

И похабничал я и скандалил

Для того, чтобы ярче гореть.


Дар поэта – ласкать и карябать,

Роковая на нем печать.

Розу белую с черною жабой

Я хотел на земле повенчать.

Пусть не сладились, пусть не сбылись

Эти помыслы розовых дней.

Но коль черти в душе гнездились –

Значит, ангелы жили в ней.


Вот за это веселие мути,

Отправляясь с ней в край иной,

Я хочу при последней минуте

Попросить тех, кто будет со мной, –


Чтоб за все за грехи мои тяжкие,

За неверие в благодать

Положили меня в русской рубашке

Под иконами умирать.


Письмо матери

Ты жива еще, моя старушка?

Жив и я. Привет тебе, привет!

Пусть струится над твоей избушкой

Тот вечерний несказанный свет.


Пишут мне, что ты, тая тревогу,

Загрустила шибко обо мне,

Что ты часто ходишь на дорогу

В старомодном ветхом шушуне.


И тебе в вечернем синем мраке

Часто видится одно и то ж:

Будто кто-то мне в кабацкой драке

Саданул под сердце финский нож.


Ничего, родная! Успокойся.

Это только тягостная бредь.

Не такой уж горький я пропойца,

Чтоб, тебя не видя, умереть.

Я по-прежнему такой же нежный

И мечтаю только лишь о том,

Чтоб скорее от тоски мятежной

Воротиться в низенький наш дом.


Я вернусь, когда раскинет ветви

По-весеннему наш белый сад.

Только ты меня уж на рассвете

Не буди, как восемь лет назад.


Не буди того, что отмечталось,

Не волнуй того, что не сбылось, –

Слишком раннюю утрату и усталость

Испытать мне в жизни привелось.


И молиться не учи меня. Не надо!

К старому возврата больше нет.

Ты одна мне помощь и отрада,

Ты одна мне несказанный свет.


Так забудь же про свою тревогу,

Не грусти так шибко обо мне.

Не ходи так часто на дорогу

В старомодном ветхом шушуне.


«Да! Теперь – решено. Без возврата…»

Да! Теперь – решено. Без возврата

Я покинул родные края.

Уж не будут листвою крылатой

Надо мною звенеть тополя.


Низкий дом без меня ссутулится,

Старый пес мой давно издох.

На московских изогнутых улицах

Умереть, знать, сулил мне Бог.


Я люблю этот город вязевый,

Пусть обрюзг он и пусть одрях.

Золотая дремотная Азия

Опочила на куполах.


А когда ночью светит месяц,

Когда светит… черт знает как!

Я иду, головою свесясь,

Переулком в знакомый кабак.

Шум и гам в этом логове жутком,

Но всю ночь напролет, до зари,

Я читаю стихи проституткам

И с бандитами жарю спирт.


Сердце бьется все чаще и чаще,

И уж я говорю невпопад:

– Я такой же, как вы, пропащий,

Мне теперь не уйти назад.


Низкий дом без меня ссутулится,

Старый пес мой давно издох.

На московских изогнутых улицах

Умереть, знать, сулил мне Бог.


«Клен ты мой опавший, клен заледенелый…»

Клен ты мой опавший, клен заледенелый,

Что стоишь, нагнувшись, под метелью белой?


Или что увидел? Или что услышал?

Словно за деревню погулять ты вышел.


И, как пьяный сторож, выйдя на дорогу,

Утонул в сугробе, приморозил ногу.


Ах, и сам я нынче чтой-то стал нестойкий,

Не дойду до дома с дружеской попойки.


Там вон встретил вербу, там сосну приметил,

Распевал им песни под метель о лете.


Сам себе казался я таким же кленом,

Только не опавшим, а вовсю зеленым.


И, утратив скромность, одуревши в доску,

Как жену чужую, обнимал березку. 

* * *
Вы читали стихотворения известных русских поэтов. Мы нашли и собрали для вас множество текстов трогательных, грустных стихов, написанных великими русскими поэтами разных веков (классиками русской поэзии) произведения которых трогают сердца и тревожат души мужчин и женщин до сих пор. Читайте эту поэтическую подборку (сборник) - грустите до слёз, печальтесь, восхищайтесь и радуйтесь вместе с нашими знаменитыми поэтами прошлого, делитесь их стихами о любви  с любимыми людьми, читайте друзьям, родным и близким.
Надеемся, что эта коллекция красивых и трогательных стихов вам понравится.

Спасибо за чтение и любовь к хорошим стихам!
.....................................
© Copyright: классика русской поэзии

 


 


   

 
 Читать трогательные стихи известных русских поэтов.  Тексты грустных стихов классиков русской поэзии.