Вельтман: стихи русского поэта и биография

НА ГЛАВНУЮ ПОЭТЫ на В
Вагинов
Васильев
Введенский
Вейнберг
Вельтман
Веневитинов
Верховский
Вилькина
Власов-Окский
Воейков
Вознесенский
Волков
Волошин
Волховской
Востоков
Врангель
Вышеславцев
Вяземский

       

 
Поэт Вельтман: биография и стихотворения

Краткая биография русского поэта:

Александр Фомич Вельтман [8(20).VII.1800, Петербург, - 11(23).I.1870, Москва] – русский писатель. Родился в семье бедного служилого дворянина. Учился в Благородном пансионе при Московском университете, потом в пансионе в Петербурге, затем окончил (1817) корпус колонновожатых и был направлен в Бессарабию военным топографом. В Кишиневе сблизился с А.С. Пушкиным и В.Ф. Раевским. Увлекался археологией и историей края. Плодом этого увлечения был ряд опубликованных в 40-х годах археологических и исторических работ. С 1842 года – помощник директора Оружейной палаты, затем директор (1852). С 1854 – член-корреспондент АН. С 1828 года начал выступать со стихами в столичных журналах. Песня разбойника из поэмы В. «Муромские леса» («Что затуманилась зоренька ясная») стала популярной песней. Первым произведением Вельтмана, имевшим успех, был своеобразный роман-путешествие «Странник» (ч. 1-3, 1831-1832) – рассказ о путешествии, совершающемся лишь в авторском воображении. В исторических романах «Кащей Бессмертный» (ч. 1-3, 1833), «Лунатик» (ч. 1-2, 1834), «Святославич, вражий питомец» (1835) и др. Вельтман был далек от исторической правдоподобности; изображая прошлое России, идеализировал патриархальную старину в славянофильском духе. Наибольшей оригинальностью содержания и формы выделяется социально-бытовой роман «Саломея» (1846) – первый из цикла романов «Приключения, почерпнутые из моря житейского» (кн. 1-4, 1846-1863). Своеобразие произведений Вельтмана заключается в смешении фантастики и реальности, авантюрных и бытовых элементов, в использовании гротеска, каламбура, стилизованной речи. В.Г. Белинский отмечал «оригинальный, игривый талант» Вельтмана, но критиковал его за «археологический мистицизм».

Поэт Вельтман: читать тексты стихов: (по алфавиту)

Александр Великий

Белеют высоты зубчатого Арбела,
Не снеги ли легли по темени горы?
     Иль туча грозных налетела
И македонские воздвигнулись шатры?

   Он впереди, тот юноша прекрасный,
     Герой, и царь, и друг богов,
     Пред коим все - как сонм рабов,
     Кому земля - удел подвластный.

Бегут от Гемоса к Дунаю племена,
     За ними следом свищут стрелы,
И быстро движется вперед щитов стена,
   Железная граница царства Пеллы.

"Волнуйся ласково, Дунай! и ороси
   Священною водой мою дружину;
В пустыни Гетские меня перенеси,
И берега твои своим я скиптром сдвину!"


<1827>

Древняя змея

Не привлекаю девы я,
Бежит меня любовь земная:
Уж для неё страшна змея
Везде - не только среди рая.
 
Висит на древе вялый плод,
Змея кругом обвилась, праздна,
И дева юная нейдёт
Внимать речь сладкую соблазна.


Не позднее 1827

Зороастр

   Почто над холмами Адербиджана {1}
   Светило дня так пламенно горит?
   Не сильный ли противник Аримана
Благовестителем из Урмии {2} летит?

   Так, это он! Тревога воскипела,
   И в Бактре {3} Маг! Огнь вспыхнул до небес:
   Повержен в прах кумир блестящий Бела {4}
     И великан златый Сандес. {5}

Ты, сладостная, где? Где твой кумир, Аная, {6}
К которому любви поклонники текли
И, жертвы тучные в объятиях сжимая,
Нетерпеливо в храм к закланию несли?

Где рощи пальмовой услужливые сени,
Навесы темные, цветущие древа?
   Там таинства свершались наслаждений
И слышались любви волшебные слова!

Взрастает кипарис; {7} под мирной тенью древа
     Лик солнца пламенно горит;
С священного огня блюстительница дева
Не сводит кроткий взор, задумчиво стоит.


1 Область, где родился Зороастр.
2 Урмия - город, в коем он родился.
3 Бактра - первый город, где Зороастр основал свой закон.
4 Бел - главным идол у древних персиян, то же, что Юпитер у греков.
5 Сандес - персов Геркулес.
6 Аная - то же, что у греков Венера.
7  Зороастр  при  основании первого храма Солнцу насадил при преддверии
его кипарис.}


26 ноября 1829, Яссы

Мухаммед

     Нисшел пророк, посланник новый неба, -
Боготворит его Аравии народ;
     Эмина {1} видит в нем свой первый плод
И ветвь цветущую потомства Муталеба. {2}
Но он плодом земным себя не признает,

     Он говорит: "Есть бог, сыны Востока!
        Для верных он меня на землю ниспослал,
     Кто против бога и пророка?
На небе гром, а здесь!.." - он умолчал,
Но ярко меч в руке пророческой сверкал.

     "Восток! Тебе на лоне Абраэма
Отверсты горние, сапфирные врата,
И вечный цвет любви под пальмами Эдема
Готовит сладкие объятья и уста!"

     Кто не поверит истинам Курана,
        Огонь и меч ему вослед.
Арабов, посреди воинственного стана,
Закону праведному учит Мухаммед.


1. Эмина - мать Мухаммеда.
2. Муталеб - дед его.


<1829>

Невинная любовь

Лети в объятия, моя младая Геба,
Я сладостно вопьюсь в твои уста, -
Как свет, как мысль о наслажденьях неба,
Моя любовь к тебе невинна и чиста!

Я чужд желаниям коварным и безбожным,
И не услышу я из уст твоих укор:
Ты веришь мне, и звукам ли ничтожным
То высказать тебе, что выражает взор?

В очах любовь и сладостная томность!
Как налилась огнем и взволновалась грудь!
Оставь меня!.. Я не нарушу скромность,
Но не мешай же мне к устам твоим прильнуть!

Тебя томит какая-то усталость.
Склонись... и нежностью тебя я усыплю.
Оставь... не запрещай простительную шалость!
Как я боязнь твою напрасную люблю!

Как ты мила! Как сладко сердцу биться!
Меня палит губительный огонь!
Не обнимай! оставь меня! не тронь!..
Я друг твой, но могу забыться!..

                -----

       Она была на всё готова,
       Ее я душу обольстил,
       А муж меня, как домовова,
       Невольно трусил и любил.


Конец 1820-х годов (?)

Пегас

    А. С. Пушкину

    Phebus ne craint pour &es ouvrages
    Que la chute de l'unfvers.

    Lamotte ("Ode sur Poesie")*


По беспредельности парит крылатый конь,
Ничто стремлением не правит;
Всеосвещающий в очах горит огонь,
Ничто смириться не заставит!

Под ним клубятся облака,
Под ним безбрежная река,
Бегут под ним предметы всей природы,
И слились в радугу цветы, и тень, и свет,

И день, и ночь, и ветер, и рассвет,
Прошедшие и будущие годы!
Счастлив, кому волшебник-гений дал
Очаровательную силу!

Он возлетит на нем к прекрасному светилу,
Где пламенник души бог песней возжигал!


* Феб не боится за судьбу своих творений, пока существует вселенная. Ламот ("Ода к поэзии") (фр ).


1831

Первородная невеста

   Грядой идут, сменяются века,
   А ты одно в создании природы,
   О солнце! Чья всесильная рука
Повесила тебя на голубые своды?
      Он, вечный, Он, источник дней,
   Предшественник великого начала:
      Его-то воля увенчала
Тебя величием негаснущих лучей!
Как было радостно природы пробужденье
От безначального, таинственного сна,
   Когда твое златое восхожденье
Из бездны хаоса подняло времена!
И в утро первое, стыдливостью сгорая,
От ложа брачного приподнялась заря, -
И перлы слез ее упали среди рая
На первого земли и сына и царя.
Восстал он, - взор его был солнцем очарован,
   С ним огнь души почувствовал родство,
И вечно взор его к тебе бы был прикован...
Но есть в раю земном светлее существо:
   Она - венец создания природы!
О, чье подобие и чьи на ней черты?
Где провела она младенческие годы?
Кто возлелеял в ней влиянье красоты?

   Но... в тот же миг, когда любовь рождалась,
   Любовь - союз времен и бытия,
   Уже под ней, скрываясь, извивалась
      Грехопадения змея!


<1839>

* * *

Простите, коль моей нестройной, лиры глас
Прелестных петь красот и Кишинев дерзает.
Давно уже забыл я Геликон, Парнас,
И лиру пыль мою давно уж покрывает.
Я славы не ищу и не ищу похвал,
Желаю обратить я ваше лишь вниманье
О Кишиневские Красы - я б счастлив стал,
Когда бы вы прочли, - вот все мое желанье.
О Тредьяковский, рифм соплетатель,
Оставь ты на время смерти покой,
Муз ты достойный был обожатель,
Восстани из Праху, мне Лиру Настрой.
Дивным восторгом вдруг возрожденный,
Лиру забыту беру я свою,
Муз вдохновением я оживленный
Милых прелестных красот воспою...

О ты, веселий что собор
И удовольствия скрывает,
О Петербург, в мечтах мой взор
В приятностях твоих блуждает.
И ты, древнопрестольный град,
Столица смехов, игр, веселий,
Лишиться всех твоих отрад
Судьбы мне грозны повелели. -
Но что Москва и град Цетров
В пространном скрыты отдаленье,
Когда пред взором Кишинев
Стоит на гордом возвышенье
И славный Бык меж камышом
В извилинах своих струится,
Приятный гул и тихий гром
В зыбях его всегда двоится:
Во влажности густой собором
И выставя главы свои,
Ликуют громким шумным хором
То водяные соловьи.
Пар, собравшись над водой,
Повсюду льет благоуханья,
От коих знойною порой
[Страдает чувств] Ужасно страждет обонянье.
И сад младой на высоте
Величественный вид являет
Во всей искусства красоте;
И весь там Кишинев гуляет. -
На гордых Э........м Столпах
Там вид беседки соруженной
Висит, изорван, и в клочках,
Им флюгер славе посвященный;
Но я боюсь, что наведу
Всем скуку видов описаньем,
То мы гуляющих в саду
Рассмотрим лучше со вниманьем:
Ту[манов] тихо вот идет,
Спокойства, тишины блюститель,
За ним весь полицейский сброд,
И он их гордый предводитель,
Но в должности не цербер он,
Полет его не соколиный,
Он лисьим свойством не снабжен,
И взор в нем не орлиный.
Вот Л. .ка, борзый Аполлон,
Наставник здешних муз достойный,
И вид его, как гуслей тон,
Плачевный, низкий и нестройный.
Из одного угла в другой
Исправно вести переносит,
И сор домашний он чужой
Из дому в дом с прибавкой носит,
Умеет хари он кривлять,
И передразнивать умеет,
И так всех живо представлять,
Что Апеллес пред ним краснеет.
Но вот и С.....ка идет,
Прелестный образ нежной флоры,
Весна в лице ее цветет,
И полны пылкой страсти взоры,
Печальный, томный ее взгляд
Повсюду с быстротой блуждает,
В ней чувства пламенно горят,
Желанье ими управляет.
Ее жених и Селадон
Идет с улыбкой восхищенья,
Любовью воспаленный, он
В ней зрит уж страсти упоенья.
Друг с другом взоры встретясь их
В сердцах их [страсть] жар воспламеняют,
И тут невеста и жених
Дня брачного скорей желают.
И Ли......ка за ними вслед
Идет с невинностью Сусанны,
В лице совсем притворства нет,
И в мыслях лишь одни романы.
Анти-Орфей ей предлагал
И руку, сердце и цевницу,
На коей громко воспевал
Зарю и красную девицу.
Жестокий получив отказ,
Он скрылся с горестью душевной,
Цевницы уж негромок глас,
Но слышен звук в дали плачевный.
Теперь за пенистым Днестром
Он грусть, мучение скрывает
И иногда, и то тишком,
Жестоку лиру воспевает.
Но кто с стремлением бежит
Там, с боку на бок колыхаясь,
М.....ца то спешит,
От жару, зною запыхаясь,
С [лиц] чела у ней пот градом льет,
И уж румянец стал багровый,
Дородность вид ей придает
Сердитый, грозный и суровый,
И перезрелость девства в ней
Последствия свои явила
И вместо свежих роз, лилей
Лицо холмами осенила.
[С супру]
Вот с деревянного ногой
С женой М......ич поспешает.
Жена, как фурия, взирает,
А он как бы Вулкан хромой.
Но вот с игрецкою ухваткой
Спешит З......ий на картеж,
Вблизи простой его десяткой,
Вдали же козырем почтешь.
И В......ти, как вихрь, несется,
Супруг за ней бежит бегом,
Как черепаха, мать плетется,
Свой толстый тащит стан с трудом.
Лететь за ней устав, зефиры,
На платье севши отдыхать,
Его изволют поддувать
Для прохлажденья сей плениры.
Лицо, как шитая канва,
Тут Р.....ова выступает,
За ней и перед ней летает
Худая общая молва.
И вот Пу....рия красива,
Прекрасный взор, прелестный стан,
И так умильно молчалива
Венерин, словом, истукан.
За ней вслед Те.....е стремится
С сердечной горестью, тоской,
(Открыть желая пламень свой)
Амура просит он вступиться
И сердце ей пронзить стрелой.
Амур же вместо утешенья
Ему совет свой подает:
Пора тебе к успокоенью,
Ты вышел для любви из лет.
А! вот и неразлучных свита,
Колонной все они идут,
Иной накушался до сыта
И весом будет в десять пуд,
Другой, играя роль учену,
Премудро-гордый принял вид,
А тот, задать желая тону,
Прищурившись, в очки глядит,
И отрастив усы ужасны,
Он ими гордо шевелит
И думает, что взоры страстны
Прелестный пол к нему склонит.
Иной, как Селадон несчастный,
Себя на муку посвятил,
Вздыхает томно, сладострастно,
И взор на милых обратил.
Другой совсем противно мыслит,
Не любит о любви мечтать,
Амура богом он не числит
И хочет стрел его бежать.
А сей любитель Терпсихоры
Свою отраду в танцах зрит,
И танцевать он до уморы
Как бы обязанностью чтит.
Но вдруг Каплюшка быстроногий,
Пигмей откуда ни взялся,
И своротили все с дороги,
Чтоб посмотреть на чудеса.
Но кто портрет его представит
И в точности изобразит,
Коль рассмотреть его весь вид
Всем нос его преграду ставит.
Чтоб сделать с ним сравненье ясно:
Урода взять из обезьян,
Надев парик, надев кафтан,
Приставить к морде нос ужасный.
С супругою своей младой
Идет тут С.... ручка с ручкой,
Не знав, кто скажет, что с женой,
Подумаешь - идет он с внучкой.
Вот юности в прелестном цвете
Идет невинность, красота.
Но ах, без просвещенья в свете
Наружность [ед] есть [одна] лишь суета
Но нужно ль милым просвещенье,
И не одна ли есть мечта,
Коль их достоинства: Смиренье,
Невинность, Скромность, Доброта.
И вот П....тий худощавый,
Как будто смертный грех, идет,
И вот походкой величавой
Супруга тащится вослед,
Горбатый нос и стан Эзопа,
Как птица хищная, она,
Ее портрет, о Каллиопа,
Представить лира не сильна.
А тут С....ти долговязый
С сестрицей рослою спешит,
С какой ее сравнить заразой
И с чем сравнить его мне вид.
Вот с видом кротости [небесной] смиренной,
[Идет] С улыбкой [Д......] милой на устах
Идет Д......, [улыбка милая] в [глазах] очах
Минервы виден дар бесценный.
Пастушка, нежный философ,
Идет, склонивши взор умильный,
И скрытая в очах любовь
В сердца метает стрелы сильны.
Подруга с греческим лицом,
С прелестно-быстрыми очами
И взором, дышащим огнем,
С ней тихими идет шагами.

Но вдруг как бы в мечтах предстал
Мне Ангел в образе прелестной,
По чувствам пламень пробежал
Уже давно мне неизвестный.
Как солнца луч, прелестный взор
Живит сердца и согревает,
И прелестей ее собор
Во всех огнь страсти возрождает.
Прости, коль дерзостный певец
Хвалу тебе свою приносит
И, будто лебедь зря конец,
Последню песнь Творцу возносит.
Тебе бы лиру посвятил,
Тебя бы вечно пел и славил,
Тебя своим бы богом чтил
И в сердце твой кумир поставил.
Но ах, во мне уж жар потух,
Со мной и лира устарела,
Теперь она разит тем слух,
Что прежде звучно, громко пела.


Пушкин

Еще в младенческие лета
Любил он песен дивный дар,
И не потухнул в шуме света
Его души небесный жар.
 
Не изменил он назначенью,
Главы пред роком не склонял,
И, верный тайному влеченью,
Он над судьбой торжествовал.
 
Под бурями, в глуши изгнанья,
Вмещая мир в себе одном,
Младое семя дарованья,
Как пышный цвет, созрело в нем.
 
Он пел в степях, под игом скуки
Влача свой страннический век, -
И на пленительные звуки
Стекались нимфы чуждых рек.
 
Внимая песнопеньям славным,
Пришельца в лавры облекли
И в упоеньи нарекли
Его певцом самодержавным.


1829

Русалки

Картина


Ночь. Месяц отражается в Днепре. Над рекой мрачное ущелье. Русалки выносят из воды девушку-утопленницу, разоблачают ее и расчесывают ей косу.
Вод лазоревых жилица,
Пробудись, краса моя,
Наша новая сестрица,
Наша светлая струя!

К жизни чувствами воскресни,
Плавай с нами и резвись,
Пой пленительные песни,
В пену белую рядись!

Наслаждайся негой праздной, -
Омут краше всех хором:
Обнесен стеной алмазной
И унизан жемчугом.

Всех, кто жизни шлет проклятья,
Пылко, страстно полюби,
Замани в свои объятья
И в пучине утопи!

Вы читали онлайн стихи: русский поэт Вельтман: биография автора и тексты произведений.
Классика русской поэзии: Вельтман: стихотворения о любви, жизни, природе из большой коллекции коротких и красивых стихов известных поэтов России.

......................
Стихи поэтов 

 


 
       
   

 
  Читать тексты стихов поэта. Коллекция произведений русских поэтов, все тексты онлайн. Творчество, поэзия и краткая биография автора.